Sidebar Menu

    Миттельшна́уцер (нем. Mittelschnauzer от mittel — средний, schnauze — морда), Средний шнауцер, Стандартный шнауцер, в последнее время часто именуется просто Шнауцер — служебная собака средней величины, относящаяся к группе Шнауцеров, высотой 45—50 см, весом 14—20 кг. Характерные черты: окрас «перец с солью» (каждый остевой волосок имеет зоны — белые и чёрные) или чёрный, жёсткая шерсть, квадратный формат, крупная голова с густыми длинными бровями и бородой, морда постепенно сужается от ушей к носу. Уши и хвост как правило купированы. Шнауцеры — добрые, очень активные, спортивные собаки, они хорошо ладят с детьми и безгранично преданы хозяину. Способны охранять и защищать жилище.

История породы

   Миттельшнауцер, ранее называвшийся жесткошёрстным пинчером, имеет, как предполагают, очень древнее происхождение. Так, Теофил Штудер (Theophil Studer), занимавшийся восстановлением этапов развития ряда пород собак, считает, что шнауцер ведет свою родословную непосредственно от торфяных собак, останки которых найдены в доисторических поселениях (3—4 тысячелетие до н. э.) на территории современной Швейцарии. Он обнаружил значительное сходство в строении черепа торфяной собаки и шнауцера. Предками современных средних шнауцеров были небольшие, довольно невзрачные на вид собаки с жёсткой грязно-серого, коричневатого или рыжеватого цвета, сложением напоминавшие пинчеров. Еще одно вероятное звено в родословной шнауцеров — «бобровая собака», которая была популярна среди немецкой аристократии VII века.
Похожие на современных шнауцеров собаки были известны в Германии с XV—XVI веков, что отражено на картинах знаменитых художников. Так, Альбрехт Дюрер на многих своих полотнах изображал принадлежащего ему шнауцера. Известны также картины с изображениями шнауцеров кисти Рембрандта, Лукаса Кранаха Старшего. В XVII веке шнауцер запечатлен на картине английского художника Джошуа Рейнолдса. В музее Мекленбурга есть скульптура охотника, у ног которого лежит шнауцер (XIV век). На площади в Штутгарте стоит памятник «Ночной сторож» (1620): в правой руке сторож держит фонарь, а в левой — алебарду, рядом с ним собака, в которой легко узнать прообраз шнауцера.
   Существует несколько версий происхождения шнауцеров как самостоятельной породы. По одной из них, шнауцеры произошли от скрещивания между собой чёрного немецкого пуделя, серого вольфшпица и жесткошёрстного пинчера. По другим сведениям, в создании породы приняли участие также гриффоны, мопсы, бульдоги, терьеры и даже таксы. Поначалу шнауцеров называли конюшенными пинчерами, так как именно конюшни долгое время были их домом, который они охраняли, с большим энтузиазмом избавляя его от крыс, отсюда их очередное название — «крысоловы» или «раттлеры» (от нем. ratte — крыса).
   В 1879 году на III Интернациональной выставке в Ганновере был выставлен жесткошёрстный пинчер окраса «перец с солью». С 1880-х годов началась целенаправленная систематическая работа с породой. В то же время стало использоваться современное название породы. «Schnauze» по-немецки — «морда», что указывает на наиболее характерную особенность породы — морду с бородой прямоугольной формы. Вероятно, в то время многим жесткошёрстным пинчерам давали кличку «шнауцер». Существует версия, что кобель с такой кличкой выиграл первую выставку и дал название породе.
В 1895 году Йозеф Берта провел в Нордхаузене первое собрание нового клуба, а спустя два месяца на втором собрании был выбран комитет и утвержден стандарт. В 1906 году национальный клуб собаководов Германии был реорганизован в Картель немецких собаководов. Как и большинство других немецких клубов по породам, Пинчер-шнауцер клуб Й. Берты стал филиалом национального клуба, представляя все разновидности пинчеров
В 1907 году в Мюнхене основан Баварский шнауцер-клуб под руководством Г. Цурхеллена.
В 1910 году была проведена первая специальная выставка, в которой приняли участие 93 собаки.
В 1979 году в России получен первый помет миттельшнауцеров. От вязки суки из Голландии Элске в. д. Кемпваарт и австралийского кобеля Уран-гелинэ Беовульфа родилось семь щенков. Через два месяца от вязки Цинди ф. д. Блауэн Розе и Вольфе Блюта ф. д. Поссентрум, привезенных из Германии, был получен еще один помет. Эти собаки стали родоначальниками многочисленного поголовья российских и украинских шнауцеров.

Характер шнауцера

   "Поговорим о характере шнауцера. Здесь нельзя не сказать несколько слов о том, какое влияние на развитие любой породы оказывает стандарт. Посмотрите, с какой любовью и знанием породы описан шнауцер в стандарте начала века. Под этими строками, характеризующими идеальную собаку, и сегодня подпишется любой владелец миттеля. В современном стандарте остались, казалось бы, те же слова, но впечатление почему-то ушло. Если бы не упоминание о бровях, усах и бороде, то этот стандарт, как десятки и сотни других, можно было бы отнести к любой породе…
   А ведь за плечами миттеля - достойное служебное прошлое. Еще в период первой мировой войны эта собака с успехом выполняла обязанности связного. В числе первых завезенных к нам шнауцеров были "отставники" пограничной службы. Миттеля отличал азарт и поиск нестандартных решений. На моих глазах крупный кобель миттельшнауцера, работая по нарушителю "вдогон", прыгнул фигуранту на спину, повалил его и попытался добраться до шеи (к счастью, стеганый воротник халата был достаточно высоким).
   К сожалению, свидетельств отечественных специалистов о работе с миттельшнауцером практически нет. Но в журнале "Paper'n solt" приведено мнение американского кинолога, сотрудника полицейской службы К-9, который прослужил в армии и в полиции почти тридцать лет. Всю жизнь он проработал с овчарками, а когда его собака умерла от рака, к нему попал миттель. Теперь он называет миттельшнауцера собакой с человеческим умом и утверждает, что если бы ему раньше рассказали о способностях этой собаки, то он бы не поверил. Достаточно сказать, что программу подготовки полицейской собаки, на обучение которой у овчарки уходит около полутора лет, миттельшнауцер освоил за полгода. В этой собаке много привлекательных, с точки зрения полицейского, сторон: компактность, активность, выносливость, психическая устойчивость. Даже окрас "перец с солью" американские полицейские трактуют по-своему: они называют его "городской камуфляж". Действительно, похоже!
   Зарубежные представители специальных служб, которые работают со шнауцерами, отмечают еще одну черту, присущую этой породе - самостоятельность. Если собаки других пород в сложной обстановке ждут команды, то шнауцер способен оценить ситуацию, принять решение и выполнить его. Присущая этой породе скорость реакции, мышления и действия приводят к тому, что шнауцер может ликвидировать опасную ситуацию раньше, чем его владелец осознает опасность. Следует отметить, что это под силу не всякой собаке. Поэтому не стоит приучать к самостоятельным действиям животных, у которых есть проблемы с устойчивостью психики. Таких собак, к сожалению, стало много. А ведь способность шнауцера к дрессировке многие инструкторы считают непревзойденной. Типичное мнение: "После шнауцера с … работать невозможно (не называю породу, чтобы никого не обидеть). По сравнению со шнауцером это - тупая и неповоротливая скотина". Но, к сожалению, миттели практически исчезли с дрессировочных площадок и спортивных рингов.
Конечно, каждый владелец хвалит свою породу. Но именно миттельшнауцер, на мой взгляд, наиболее близок к идеалу собаки для города. Компактность в сочетании с мощными челюстями, силой и скоростью превращают его в "карманный крейсер", обладающий высокими возможностями защищать хозяина и охранять его имущество. Пластичность психики позволяет миттельшнауцеру приспособиться практически к к любой ситуации. Неприхотливость в еде при нашей нестабильной экономике - неоценимое качество. Конечно, шнауцера необходимо регулярно выщипывать, но зато в квартире нет шерсти и отсутствует запах "псины". Наконец, чувствительность к настроению человека, постоянная готовность миттельшнауцера утешить, ободрить и развеселить хозяина делают его непревзойденным компаньоном. Можно верить немцам, которые говорят: "Один раз шнауцер - навсегда шнауцер".


(Андрей Петров "От Швейка до наших дней", "Друг" №10, 1998)